Ибо досуг человека имеет такую же цену, как и сам человек.
Docei de e eudaimonia en te schole einai (Videtur beatitudo in otio esse sita) [греч., лат. считается, что счастье заключено в досуге], говорит Аристотель (Никомахова этика, X, 7),
а Диоген Лаэртский (2, 5, 31) сообщает, что Socrates epenei scholen os calliston ctematon (Socrates otium ut possessionum omnium pulcherrimam laubat) [греч., лат. Сократ восхвалял досуг как драгоценнейшее достояние].
В связи с этим именно Аристотель (X, 7-9) и объявляет самой счастливой жизнь философа. Сюда же относится его утверждение в «Политике» (IV, II): «Ton eudaimona bion einai ton cat’areten anempodiston», – что в основательном переводе означает: «Подлинное счастье состоит в возможности беспрепятственного применения наших совершенств, в чем бы они ни заключались»,
и, следовательно, согласуется со словами Гёте в «Вильгельме Мейстере»: «Кто от рождения обладает даром быть даровитым, обретет в нем радость бытия».
Но обладание досугом не только не свойственно обыкновенной судьбе, но и чуждо натуре обыкновенного человека, ибо его естественное назначение – в том, чтобы тратить свое время на добывание необходимых средств для существования его самого и его семьи. Это сын нужды, а не свободный интеллект.
Цитата из книги "Афоризмы житейской мудрости" (Артур Шопенгауэр)
